«Я за них волнуюсь. Если их убьют — нас больше не останется». Когда Рита Пирипкура говорила с BBC в сентябре, журналисту больше всего запомнилась ее интонация — так говорят люди, которые сдались. Она говорит о своем брате Байте и племяннике Тамандуа. Вместе с Ритой, они три последних члена племени Пирипкура. Это племя, как говорят эксперты, может исчезнуть в ближайшее время из-за вырубки лесов и скотоводства. Рита регулярно контактирует с окружающим миром, а Байта и Тамандуа проводят свои дни в изоляции, скитаясь по лесам Амазонки. Однако даже здесь им грозит опасность, считает Рита. Об истории племени рассказывает русская служба ВВС.
Битва, в которой нельзя победить
Резервация племени Пирипкура находится в штате Мату-Гросу, одном из центров бразильского сельского хозяйства. «Черные лесорубы» и фермеры захватывают их территорию, хотя резервация, где живут племена, формально защищена законом.
Племя Пирипкура уже много десятилетий борется за право жить на своей земле, но в последнее время их резервация уничтожается ускоренными темпами: в ноябрьском докладе с фотодоказательствами незаконной вырубки леса одна из неправительственных организаций утверждала, что только с августа 2020 до июля 2021 года в этом районе было вырублено 24 кв км леса.
Это площадь, равная трем тысячам футбольных полей.
Другие племена аборигенов тоже борются с экспансией шахт, ранчо и с вырубкой лесов Амазонии, но Пирипкура сегодня находится в особенно тяжелом положении.
«Они могут погибнуть в течение нескольких дней», — говорит Сара Шенкер, сотрудница лондонской неправительственной организации Survival International, которая борется за права аборигенов.
«К Байте и Тамандуа подбираются все ближе» — добавляет она.
Есть доказательства, что внешние силы быстро захватывают резервацию, говорит Леонардо Ленин — бывший координатор бразильского правительственного агентства помощи племенам Funai, которое работает в штате Мату-Гросу.
Сегодня Ленин — генеральный секретарь «Обсерватории по правам коренного населения» (OPI) — одной из организаций, подготовивших доклад о жизни племени Пирипкура. Он говорит, что следы вырубки лесов заметны всего в пяти километрах от мест, где появлялись Байта и Тамандуа.
Это расстояние может казаться безопасным, но, учитывая размер резервации, почти 2,5 тыс. кв км, понятно, что лесорубы подобрались очень близко.
«Они в серьезной опасности, в этом сомнений нет, — говорит Леонардо Ленин. — Также мы слышали об угрозах в адрес инспекторов OPI и Funai».
Проблемы племен
Пирипкура — одно из племен, которые эксперты называют изолированными или неконтактными — это целые народы или группы поменьше, у которых нет регулярных контактов с соседями или внешним миром.
По оценкам ученых, таких племен в мире более 100, и больше половины из них — в Амазонии.
Такая изоляция — это часто результат конфликтов с чужаками, и племя Пирипкура в своей истории тоже прошло через множество таких конфликтов.
В 1970-е десятки членов племени погибли — либо от рук чужаков, которые пришли на их земли, либо из-за обычных для нас заболеваний, например, простудных, которые оказались для них смертельными.
Рита видела, как убили девять ее родственников, а выжившим пришлось бежать.
В результате столкновений серьезно уменьшилась не только численность племени, но и образ жизни Пирипкура.
«В их языке есть слова, описывающие сельскохозяйственные работы, это может указывать на то, что у них было подобие аграрного общества», — говорит Леонардо Ленин.
«Однако с 1970-х племя превратилось в охотников-собирателей, — добавляет он. — Для них постоянно передвигаться — способ выжить».
Когда агентство Funai впервые связалось с Пирипукра в 1984 году, его сотрудники насчитали 15−20 человек на всю резервацию.
Однако, начиная с 1990-х, замечали только Байту и Тамандуа.
Фабрицио Аморим — эксперт по изолированным племенам, работающий с Пирипкура, говорит, что мужчины раньше упоминали о «родственниках», которые тоже скитаются по лесам Амазонии.
«Проблема в том, что они уже много лет не говорят об этих родственниках. Это не обязательно значит, что они умерли, но это явно не очень хороший знак», — добавляет Аморим.
«Мы не можем сказать наверняка, что Пирипкура больше не осталось, поэтому беречь их резервацию вдвойне важно», — говорит он.
Враждебный президент
Защитники прав коренных племен возлагают ответственность за уничтожение резервации Пирипкура ускоренными темпами на президента Жаира Болсонару.
Еще до избрания президентом в 2019 году Болсонару высказывался за расширение коммерческой эксплуатации Амазонии, хотя право аборигенов на свою землю гарантирует бразильская конституция.
В 1998 году тогда еще конгрессмен Болсонару в интервью газете Correio Braziliense выразил сожаление, что бразильские военные «не так эффективно истребляют коренные народы», как их американские коллеги.
Президент считает, что коренные бразильцы, которых в стране около 1,1 млн из 213 млн населения, по данным бразильского бюро статистики, не должны владеть 13% площади Бразилии, хотя их право на земли прописаны в конституции 1988 года.
Правозащитники говорят, что число столкновений лесорубов и фермеров с амазонскими племенами с момента прихода Болсонару к власти возросло.
Проблемы с законодательством
Земли Пирипкура сейчас формально защищены Указом о защите территории, который касается земель аборигенов и предусматривает их демаркацию.
Это фактически защитная грамота для аборигенов. Но демаркацию земель нужно периодически продлевать. И если раньше документ действовал сразу на срок до трех лет, то сейчас — всего на полгода.
«Это сокращение срока посылает неправильные сигналы и дает захватчикам надежду на то, что рано или поздно они смогут получить всю землю аборигенов», — говорит Аморим.
Еще одно важное для судьбы племен событие произошло в декабре 2020 года — бразильская государственная геологическая служба начала публиковать подробные карты залежей минеральных ресурсов в Бразилии, в том числе золота.
Первые карты — о залежах в штате Мату-Гросу, где находится резервация Пирипкура.
В заявлении агентства Funai, которое есть в распоряжении Би-би-си, говорится, что оно оказывает племени Пирипкура всю возможную помощь в защите территориии и медицинские услуги.
«Также проводятся совместные операции с другими агентствами, нацеленные на противодействие нарушителям», — говорится в заявлении. «Каждый раз, когда я захожу в резервацию, я вижу все больше поваленных деревьев. Там очень много чужаков», — говорит Рита
Рита уверена, что этого недостаточно, чтобы защитить ее племя.
Она живет недалеко от родной резервации, с мужем из племени Карипуна. Иногда она помогает госагентству в экспедициях в Мату-Гросу. Однако с начала пандемии она не была в родной резервации и боится, что осталась последним членом своего племени.
«Каждый раз, когда я захожу в резервацию, я вижу все больше поваленных деревьев. Там очень много чужаков», — говорит она.
«Они могут легко убить моего брата и племянника».