«Множество вопросов, вбросов, версий и предположений… Первый расскажет все, ответит на все. Совсем скоро!» — так анонсировала пресс-служба Александра Лукашенко его выступление 27 июня. Однако он, призвав не считать его героем, практически не сообщил ничего нового — а главное, ничего не рассказал о тех договоренностях, на основании которых наемники ЧВК Вагнера уйдут в Беларусь. И даже не сообщил, где же основатель частной военной компании Евгений Пригожин. На мероприятии был ряд белорусских пропагандистов, которые как по методичке написали о том, что происходило во Дворце Независимости 27 июня. Приводим их высказывания полностью — без сокращений. Спойлер — понятнее не стало.
Игорь Тур: Было достаточно сказано и не для печати
«Александр Григорьевич рассказал подробно о своем видении событий в динамике: причины, хронология, выводы на будущее. Максимально детально, было достаточно сказано и не для печати. Обрисовал свою позицию комплексно — и военный взгляд, и политический, и человеческий. Уверен, что все участники разговора скорректировали свое мнение, глубже понимая суть того, что произошло и могло произойти. Ситуация сложная, а в таких ситуациях не может быть однозначного и резкого вывода. Мораль, как по мне, — нужно всем сначала остыть, а потом уже без эмоций — подумать. И только затем браться за новые решения».
Александр Шпаковский: Наша страна является важным элементом обеспечения не только внешней, но и внутренней безопасности России
«По итогам общения с президентом по горячим следам необходимо особенно выделить рассуждения о единой восточнославянской цивилизации и общей исторической судьбе.
„Два государства, одно Отечество“, „Если рухнет Россия, все останемся под обломками и погибнем“.
Это в полной мере отражает картину мира и мотивацию Лукашенко: действуя в интересах общего Отечества, президент спасал мирное небо и над белорусским государством.
Вместе с тем Лукашенко не оценивает свои действия как „героические“. Наоборот, президент сказал, что сама попытка неудавшегося мятежа — это его совместное упущение с лидером РФ В. Путиным, так как два опытных руководителя не смогли превентивно выявить и устранить возникшие угрозы.
С другой стороны, и практически бескровная ликвидация мятежа — плод совместных переговорных усилий двух президентов, где у каждого был свой маневр.
Александр Лукашенко отдельно проехался по так называемым ура-патриотам, которые сейчас требуют от Путина крови руководителей и бойцов Вагнера, но даже не задумываются о том, что эта кровь может стать началом массовой бойни по всей России.
Был выбран оптимальный компромиссный вариант, который позволил оперативно купировать смуту, сохранить стабильность властной конструкции в России, не допустить столкновений регулярных подразделений армии и полиции с ЧВК и одновременно сберечь формирование “Вагнер” для борьбы против общего врага вместо бессмысленной междоусобицы.
Совместная история с 2020 года и по настоящее время свидетельствует о том, что Россия является фактором стабильности для Беларуси, а наша страна является важным элементом обеспечения не только внешней, но и внутренней безопасности России».
Позже он написал еще одно сообщение: "В случае провала мирных переговоров Беларусь была готова оказать РФ военную поддержку по ликвидации мятежа. Соответствующие подразделения уже были готовы для переброски в Россию".
Григорий Азаренок: Лукашенко не мог не вмешаться. Потому что пожар надо было тушить любой ценой
«В гражданской войне нет победителей и проигравших. По итогам мероприятия с участием президента Лукашенко.
Надо прямо сказать — в субботу в России состоялся первый день гражданской войны. Тот самый первый день, когда ее можно остановить. Во второй — уже нельзя. Русские уже убили русских.
А Россия — это мы. Мы — восточнославянская цивилизация. Те, кто противостоит сейчас мировому злу. Злу, которое только и ждет, чтобы мы оступились.
Представьте, если бы состоялась „Битва под Москвой“. Да, бунт бы подавили — у государства сил все равно больше, чем у частной армии. Но это отборнейшие русские мужики, которые прошли мрак Бахмута и Соледара, которые отвоевались от Африки до Латинской Америки. Это самые дееспособные войска.
Еще вчера Чапаев, Жуков и Корнилов с Деникиным сражались на одной войне. А теперь с ожесточением режут друг друга.
Лукашенко не мог не вмешаться. Потому что пожар надо было тушить любой ценой.
Вспыхнуло бы все — Кавказ, Поволжье, Урал, вскрылись бы все спящие, повылазили бы все тараканы из-под всех плинтусов. На мир надвинулась бы тьма. Запад уже потирал руки и готовился торжествовать.
А потом горько пишем мемуары на чужбине и сто лет думаем — „почему так случилось?“.
Можно сколько угодно лить грязь на министра обороны или на руководителя ЧВК. Это с дивана удобно делать. Что-то все те, кто сейчас рьяно высказывается в ту или иную сторону, требует либо крови, либо отставок, — в субботу сидели как мышь под веником.
В 1917 году тоже было дофига претензий — и олигархи были, и говорили, что царь с министрами — слабаки, победить не могут, и (не поверите) снаряды не подвозили, и солдаты в окопах уже 4 года гнили, и земли не было. Поигрались в революцию — огребли кровавую баню и чуть не исчезли из истории навсегда. До сих пор воюем. Все корни — там.
Только тогда империя была на 250 миллионов. А сейчас — вместе с Беларусью 150. Вытянуть новую смуту просто не хватит ресурса.
Это надо было тушить. И здесь проявилось все — решительность Путина, переговорные усилия Лукашенко и благоразумие Пригожина, который остановился.
Но победителей в гражданской войне нет. Победили все, если ее остановили.
Примерно об этом, на мой взгляд, говорил президент.
Не будет России — погибнем все. Все просто исчезнем. Берегите Россию».