В среду, 4 августа, в суде Минского района начался закрытый процесс над Марией Колесниковой и Максимом Знаком. По понятным причинам, информации о том, что происходило за судебными дверями, немного. Собрали все, что известно на данный момент.
Представителей команды экс-претендента на пост президента Виктора Бабарико, членов президиума Координационного совета по урегулированию политического кризиса в Беларуси (КС) Марию Колесникову и Максима Знака обвиняют по трем статьям Уголовного кодекса Беларуси. Это ч. 3 статьи 361 (Призывы к действиям против нацбезопасности), ч. 1 ст. 357 (Заговор с целью захвата государственной власти неконституционным путем), ч. 1 ст. 361−1 (Создание экстремистского формирования и руководство им). Им грозит до 12 лет тюрьмы.
Рассматривает дело судья Сергей Епихов.
— Закрытый процесс и наша изоляция — это подтверждение страха и слабости, — так прокомментировала предстоящий суд сама Мария Колесникова. Она пообещала выглядеть на процессе «по полной» и обещание свое сдержала: черное платье, красная помада и фирменная колесниковская улыбка. Мария пританцовывала в клетке, показывала сердечки и излучала спокойствие и уверенность.
— В этот момент мне тоже хочется ей показать сердечко, и, конечно, я восхищаюсь ее поведением. Это действительно показывает, насколько человек свободен. Она чувствует внутреннюю свободу свою, поэтому остается той Машей, которую мы всегда привыкли видеть. Я понимал, что она, конечно же, покажет стойкость характера своего и убеждений, но то, что она раскрепостилась настолько, — это для меня удивительно, — комментировал видео с дочерью под стенами суда Александр Колесников.
Он пересматривал его вновь и вновь. «Солнышко мое», — говорит он, глядя на Машу. Уже больше года Александр Колесников, как и близкие Максима Знака, лишен возможности видеть своих родных. Сегодня на территорию суда их тоже не пропустили. За дверями суда также остались представители дипмиссий стран ЕС и независимых СМИ.
Видео: Reuters via Radio SvabodaАдвокаты Марии Колесниковой и Максима Знака в перерыве рассказали, что их подзащитных в суд привезли рано: еще не было 9 утра. За это время их досмотрели трижды: в СИЗО, по дороге и в здании суда. Везли в наручниках.
Ход судебного разбирательства защитники комментировать не могут, так как находятся под подпиской о неразглашении. Ранее адвокаты говорили, что фактически Максим Знак подвергся уголовному преследованию в связи с выражением им профессионального мнения по правовым вопросам и реализацией фундаментальных прав, а действия Колесниковой были направлены не на причинение, а на предотвращение вреда нацбезопасности.
«Почти все, что вменяется Знаку и Колесниковой, — это вымышленные события. Невозможно дать показания о том, чего никогда не происходило», — комментировали «Медиазоне» предъявленное их клиентам обвинение адвокаты Евгений Пыльченко и Дмитрий Лаевский.
— У юристов принято комментировать обвинение в суде на публичном открытом процессе, чтобы любой независимый наблюдатель мог вынести собственное суждение. К сожалению, и это сейчас становится роскошью. Могу сказать, что в каком-то смысле мне повезло, ведь текст моего обвинения похож на сценарий голливудского блокбастера, в котором мелкими буквами в конце помечено: «Основано на реальных событиях».
И все же я не могу понять, как, зная не только о всех публичных поступках, но и о каждой фразе, о каждой мысли тех, кто работал вместе со мной тем летом, можно излагать все с точностью до наоборот в документе, который направлен на изменение жизни человека на период до 12 лет. Честно говоря, несмотря на все происходящее, это не укладывается в голове, — заявил в интервью DW Максим Знак.
Продолжение закрытого судебного процесса над Марией Колесниковой и Максимом Знаком — завтра в 9.30.